НА САЙТ ОГЛАВЛЕНИЕ

Ai no Kusabi - Перевод романа

Полдень. Облачно.

В Генуе, районе между Кересом и Мистраль Парком, стояла тишина.

Гай припарковал аэробайк, вытащил идентификационный ключ из замка зажигания. Перекинул замок-цепочку через стальной прут, торчащий из бетона.

Впрочем, если вору он глянется - угонит, несмотря на все предосторожности. Но всё же лучше, чем ничего.

Гай откинул сидение и вытащил камуфляжный светопреломляющий плащ, лёгкий, тонкий и удобный.

Блонди, Гай, это тебе не Мидасская Служба Безопасности. Они играют в другой лиге, не нашей.

Он и не собирался спорить с этим утверждением. Просто на всякий случай надо подготовить вариант отступления.

Плащ, поглощая свет уличных фонарей Мидаса, сделает Гая менее заметным для камер безопасности. По крайней мере, идея была в этом.

Он вытащил из кармана чёрные кожаные перчатки, надел правую, в ткань которой был вшит пневматический транквилизатор.

Затянул капюшон и зашагал к Генуе.

 

Аэрошаттлы, курсировавшие по Мидасу - в отличие от такси, которые требовали оплаты кредиткой и подтверждения личности - не привередничали в выборе пассажиров. Даже если это полукровка, затесавшийся в толпу туристов.

Благодаря им, выходец из трущоб мог добраться до любого района Мидаса - о чём большинство законопослушных граждан благополучно забывали.

Кругом, насколько хватало глаз, плескался океан искусственного света. Тьма отступала перед калейдоскопом соблазнительных цветов.

Не смешиваясь с толпой, Гай шёл быстрым шагом, пока не достиг аптеки - той самой, где не продавали ничего, кроме самых дешевых пилюль. Никто не входил в двери, и не выходил оттуда. Но Гай был терпелив.

Сегодня среда. Рики обязательно появится. По крайней мере, должен.

Расчет был верен. Рики всегда отличался пунктуальностью. Это было известно ещё до того, что случилось в Апатии.

Гай понятия не имел, что же такого происходит в аптеке, но направляясь туда, Рики не обращал ни малейшего внимания даже на голографические рекламные щиты, приглашающие познать все мыслимые сексуальные наслаждения.

Уходил из Апатии и возвращался. Как по расписанию. Рики нигде не останавливался, чтобы перекусить или подцепить дружка - ничего такого.

Почему?

Гаю было крайне любопытно. Потому что всё это было начисто лишено смысла.

Почему?

Ответ был дан в тот день, в той самой комнате. Ясоном.

Потому что Рики скован незримыми цепями. Гай не мог забыть того, что увидел. Даже если бы захотел - зрелище намертво отпечаталось в его памяти. Стоило лишь подумать об этом, как зубы непроизвольно сжались.

И как раз в этот момент из дверей появился Рики.

Гай двинулся вперёд.

 

Мидас. День и ночь здесь неразличимы.

19:00. Рики закончил работу на сегодня и вышел из аптеки.

Ночной воздух тут же вцепился в горло.

На входе стояло оборудование для улучшения климат-контроля, поэтому температура внутри и снаружи могла разительно отличаться.

В Эосе механизмы контроля окружающей среды следили, чтобы температура оставалась неизменной, какой бы не была погода. Здесь в Мидасе сезоны сменялись, что давало Рики неописуемое чувство облегчения после той раздражающей монотонности. Пусть это всё та же золочёная клетка, но разница между Эосом и Апатией была разительна. И Рики это прекрасно понимал. Так… надо бы перекусить. Он решил без промедления вернуться домой и поужинать.

Тут-то и увидел приближающуюся к нему быстрым шагом фигуру в плаще с капюшоном. Гай. Не могло быть никаких сомнений, что это он, что бы там ни было на нём надето. Рики ему не обмануть.

Сердце Рики пропустило удар.

А потом свет в глазах словно погас, оставив лишь узкую полосу прямо перед зрачками.

Он почувствовал, как пульс барабанным боем отдаётся в ушах и темнеет взор. Единственное, на чём удавалось задержать плывущий взгляд - это фигура Гая в ореоле фонарного света.

- Рики, - глаза того были беспощадны, голос жесток.

Это уже не просто нервозность. Рики смахнул с плеча какую-то пылинку. Что происходит?

Гай улыбнулся:

- Пойдём, прокатимся.

- Иди домой, - Рики не имел ни малейшего намерения обсуждать эту идею.

- Пошли, пошли, - левой рукой Гай схватил его за запястье.

- Пусти, - серьёзно сказал Рики. - Ты зашел слишком далеко. - Он попытался вырваться.

Гай обхватил его правой рукой за шею - резкая боль.

Головокружение.

- Не всё ещё кончено, Рики, - прошептал Гай в самое ухо.

- Что?

Тьма опустилась и Рики безвольно рухнул на руки Гая.

 

Боль. Тошнота. И снова боль.

Ощущение было такое, словно его засасывает водоворот -подхватил и тянет в пучину.

Рук и ног он не чувствовал. Странное, оглушённое состояние.

Сон это, или реальность?

Даже дышать больно.

Горло жгло. Тело словно налилось свинцом, но чувства были обострены. Как после неудачного прихода.

По спине бегали холодные мурашки. Веки отяжелели, глаза под ними словно раздавлены. Что-то ползало, перекатываясь, прямо под кожей. Он не мог издать ни звука.

А потом, где-то на периферии застланного красным туманом зрения, мелькнул свет, острыми стрелами пронзив сетчатку. Выжигая его глаза прямо в глазницах.

Рики отвернулся и стиснул зубы.

Боль.

Жгучая боль.

Тяжесть.

Слабость.

Что это?

Это просто головокружение. Рики хотел подняться. Взять всё под контроль.

- Как себя чувствуешь? - голос прозвучал издалека.

Гай.

Теперь он вспомнил. Улица. Гай прямо перед ним. Темнота в глазах.

- А сам… как… думаешь, - Рики с трудом выталкивал слова из пересохшего горла. Судя по тому, как быстро его вырубило, это было супер-сильное и быстродействующее седативное. И всё это, без сомнения, его побочные эффекты.

- Угу, так я и понял, - негромко усмехнулся Гай.

Рики замолчал, силясь побороть подступающую волну тошноты.

- Ничего не хочешь спросить? Например, где ты, и что я с тобой буду делать?

Разумеется. Рики спросит его об этом. Как только отступит муть.

- Воды, - попросил он надломленным голосом.

Сначала напиться. Шаги Гая приблизились.

- Вот, - тот присел с ним рядом, держа бутылку минералки, поднёс соломинку к его губам.

Как будто заранее ко всему подготовился. Рики подавил поднимавшуюся волну гнева, и сделал несколько глотков. Потом взял бутылку и медленно поднялся. Головокружение ушло. Тошнота тоже. Он огляделся.

Отчасти, чтобы понять, где находится, отчасти - избегая смотреть на Гая. Иначе бы сразу набросился на него.

В комнате было пусто. Стены - из древнего бетона. Отовсюду тянет холодом. Вентиляционная отдушина есть, но воздух кажется затхлым. Никаких окон, лишь массивная дверь, да окошко вентиляции. С потолка свисает единственная лампочка, от света которой больно режет глаза.

Рики сидел на надувном матрасе, в углу стояли складные стол и стул.

- Где мы?

- В Дана-Бан. Тут, со времён борьбы за независимость, есть подземный бункер.

Рики потерял дар речи. Он-то думал, что они в какой-нибудь развалине в трущобах. Но уж никак не в Дана-Бан.

Уловив изумление Рики, Гай усмехнулся.

- Здесь нам никто не помешает. Пробраться сюда не проще, чем в Нил Дартс.

Что правда, то правда.

Здание древнее, и отчасти стоит оно до сих пор именно потому, что конструкция слишком прочная - её сложно демонтировать. Так и оставили ржаветь.

В некоторых местах здесь ещё действовали автоматические охранные механизмы, поэтому Дана-Бан являл собой лабиринт с кучей смертельных ловушек, по крайней мере, если верить слухам. Не счесть историй об искателях приключений, отправившихся сюда, да так и не вышедших обратно. Хотя, вполне вероятно, что за этими историями кроются банальные убийства.

Легенд было столько, что народная молва наполнила целые подземные этажи человеческими костями. А Гай меж тем продолжал:

- Вот на что пришлось пойти, иначе правды мне от тебя не дождаться, верно?

- Какой, нахуй, правды? - выплюнул Рики. - Слушай, сколько бы раз мы к этому ни возвращались, ничего не изменится. Я чёртов пэт Ясона.

- Так давай начнём всё с начала, - тихо сказал Гай. - Это он во всём виноват. А я освобожу тебя от цепей. Не можешь ты - смогу я.

Не так-то это и просто. Рики опустил взгляд.

- Ты не знаешь.

- Чего не знаю?

- Какие они, Блонди.

После всего, через что мне пришлось пройти, после бесчестья и унижения, почему же он не понимает? Это сводило Рики с ума. Голова трещала от боли.

- Чего ты боишься? Просто потому, что он - Блонди, ты готов вот так сдаться?

Дело было не в страхе.

Если бы всё было так просто, Рики бы тут не было. Гай не понимает. Не может понять. И, что ему ни говори, никогда не поймёт.

Рики, шатаясь, поднялся на ноги. Он не думал, что это вообще удастся, но тем не менее добрался до двери и долбанул по панели доступа. Разумеется, заперто.

- Дали в морду, бей в ответ. Кто бы то ни был - верни им сторицей. Это Бизоны. Верно? Бизоны.

Название давно развалившейся уличной банды хлестнуло по нервам, словно плетью. Рики скривился. Его раздражал этот разговор, который всё равно ни к чему не приведёт.

- Или став его траханой игрушкой, ты от нас отвернулся?

Рики шарахнул обеими руками по двери. БАММ! Отозвалось тяжелое металлическое эхо.

- Будет заперто, пока не остынешь, - спокойно сообщил Гай.

Рики прислонился к двери спиной и сполз на пол.

Плохо, блядь.

Очень плохо.

Чёрт.

Слова эти, сменяя друг друга, раз за разом всплывали у него в сознании. Блядь, я должен что-то сделать. Но что? Он почувствовал как вновь закружилась голова. Зарылся руками в волосы. Даже дышать было трудно.

- Я и не знал, что ты такой грёбаный идиот, Гай. И не собираюсь я остывать.

Спокойно.

Будь спокоен.

Если так огрызаться, ничего не выйдет.

Но, сколько бы Рики ни говорил себе подобных слов, в конце концов он всегда срывался. В такие моменты он горько завидовал каменной физиономии Катце. Проклятье. Он поднял взгляд.

- То, что ты делаешь, Гай, не лезет ни в какие рамки - это просто как поссать на гордость Блонди.

Гай искривил губы в лёгкой ухмылке.

- То-то смеху. Ты что, думаешь, Блонди так уж взбесится из-за того, что кто-то увёл его пэта?

Ещё как взбесится. Потому что даже среди Блонди других таких сумасшедших нет. Рики это уяснил на собственном опыте. Впрочем, вряд ли хоть кто-нибудь, кроме Катце, знал достаточно, чтобы ему поверить.

- В кольце пэта - маячок. Нас здесь найдут, это вопрос времени.

Что будет, когда Ясон узнает, что Рики не возвратился вовремя в Апатию, он даже думать не хотел. Он - пэт. Это был не тот случай, когда ему разрешили вволю побегать по Кересу. Рики это прекрасно понимал.

- Об этом не волнуйся. Комната экранирована. Ни одно следящее устройство не пробьёт.

Что?

Рики почувствовал, как тьма окутывает его.

То, что его не смогут отследить, Ясон и Катце воспримут как предательство. Сердце пропустило удар.

Перебравшись из Эоса в Апатию, Рики полагал, что просто сменил одну клетку на другую. Но теперь он понял, что привык к Апатии. И сам этому удивился.

- Ты же не хочешь мне, нахер, сказать, что желаешь быть пэтом всю оставшуюся жизнь, Рики? - тихо процедил Гай, голос сочился ядом. Словно это было единственное, чего он не простил бы никогда.

- Они… они об этом знают? Гай?

У Рики тоже были принципы, которые он готов был отстаивать до последнего. И один из таких принципов - не втягивать в свои дела ребят из Бизонов.

- Нет, никто не знает. Только я, ты и он.

- А для них, между прочим, всё может кончиться так же как для Кирие, ты в курсе?

Гай молчал.

Гай - самый разумный, самый собранный из них всех, решил рискнуть всем. Рики не мог этого вынести.

Без сомнения Гай был ему предан, но он слишком далеко зашёл. Потому что не понимал, кто такие Блонди Танагуры - и каким неумолимо жестоким может быть Ясон в гневе.

Когда Катце на глазах у Рики забирал Кирие, Гай пытался протестовать. И это после всего, что учинили по его вине с ребятами - а Гай всё ещё находил в себе силы заботиться о нём.

Теперь сам Гай делал ровно то же самое, что и Кирие - дразнил тигра. Всё ради Рики. Только Гай сам не понимал, что он делает.

Выкачать из Кирие информацию с помощью химического вмешательства оказалось несложно. Уничтожить его личность, стереть память - для Блонди в этом не было ничего особенного. Для них полукровки ниже насекомых. И память они чистят без всяких сомнений - просто в целях предосторожности. Таковы Блонди. Они безжалостны.

Гай понятия не имел, насколько крепко он влип. Даже не догадывался.

- Ты действительно так сильно хочешь знать правду, Гай?

- Да. Хочу, чтоб ты рассказал мне. Каждое слово. Времени у нас в избытке.

Взгляд Гая, острый, как нож, схлестнулся с обжигающим взором Рики. Он ждал, что тот расскажет всё, как на духу. Ждал неподвижно.

Рики встал. И начал молча раздеваться, брезгливо раскидывая одежду.

Гай смотрел, и глазам своим не верил.

Рики обнажился полностью. Осталось лишь подтянутое тело - молодое, но без следа незрелости.

Возможно, в этот момент Гай ощутил разрыв длиной в четыре года. Он молчал.

А может, бушующая ревность замкнула ему уста.

В свете единственной лампочки на коже Рики рдели следы поцелуев. Словно любовник стремился съесть его кожу. На основании члена поблескивало кольцо.

Все знали, что Блонди искусственные создания, и единственная органическая их часть - мозг. Юпитер создала их таковыми, дабы они стали прототипами нового человечества, средоточием человеческой красоты, силы и разума, бессмертными. Немыслимо было представить, что один из них - возвышавшийся над всем смертным - возляжет с безродным пэтом, и будет этим наслаждаться.

Для Блонди не существовало желаний. От секса они получали удовольствие лишь в одном случае - когда смотрели на пэтов на секс-вечеринке.

Гай полагал, что Ясон держит Рики ради новизны впечатлений от того, что его раб - полукровка из трущоб.

Лишняя возможность применить пытки и испытать свою власть. И кольцо пэта - лишь средоточие этого желания.

- Вот тебе правда, которую ты хотел знать. Смотри, блядь, хорошенько, - гневно выпалил Рики.

Взгляд Гая безотрывно скользил по отметинам на коже.

- Вот здесь. Стоит сжать посильнее, дрожь идёт по всему телу.

Рики слегка ущипнул собственный сосок.

Это была правда. Ему нравилось, когда прикусывают и грубо посасывают его соски, хотя никогда не признавался в этом себе. Пока Ясон не извлёк удовольствие силой, Рики и не думал, что это настолько приятно.

С Гаем всегда было нежно. Никакой силы и принуждения. Если Гай хотел - Рики не сопротивлялся. Прелюдия была не важна. Хватало и простой ласки в интимных местах. Рики думал, что это и есть секс.

Но в Эосе, когда его приручали, Рики познал все глубины искушения и невообразимого наслаждения. Как можно дразнить тело, пока не закричишь от боли. Пока в горле не пересохнет, словно в пустыне, а в мозгу не останется ни единой связной мысли. Когда дрожишь, и влага сочится с кончика пениса, а выплеснуться не можешь.

Когда Ясон насилует тебя одним взглядом - снова и снова. Какое унижение!

Однако с момента переезда в Апатию всё изменилось. В объятиях Ясона даже стыд обратился наслаждением.

- Здесь, и здесь. Мои чувствительные точки.

В Эосе у него был ровно один выход в свет - Дебют. Когда его выставили перед всеми напоказ, вывернули едва ли не наизнанку, опозорили по полной программе.

- Я от этого дрожу всем телом.

Он не солгал. Ясон умел иссушить его полностью, пока сознание не поблекнет и тело не обмякнет.

- Я хочу, чтоб меня трахали - по самые гланды, поэтому я с ним. Я люблю, когда кусают мои затвердевшие соски - поэтому подставляю грудь. Когда у меня стоит, а он не даёт мне кончить, я схожу с ума и умоляю его. А потом он врывается в меня своим огромным членом, а я ещё и бёдрами поддаю навстречу.

Гай с трудом подавил желание зажать уши, и во все глаза смотрел на Рики в поисках малейшего намёка на ложь.

- Так я и был приручен.

Ясону невозможно было отказать. Секс и наслаждение Рики были в его безоговорочной власти.

Лежать нагим.

Сломленным.

Опустошенным.

Но даже это было ничто, в сравнении с болью и унижением, обращавшимися невероятным, невообразимым удовольствием.

- И я сейчас, нахер, не шучу. - Он больше не таил этих слов. - Секс с Ясоном - наркотик. Когда его нет - я хочу его. Хочу до боли. И ничего, блядь, не могу с этим сделать. Совсем.

Эти слова были правдой без преувеличения.

Когда Ясон обнимал его, он чувствовал себя развратным пэтом. И не хотел им быть.

Нет.

Только не так.

Это не я!

Борьба. Противостояние. Бой с невозможным.

Полтора года в Кересе, когда его отпустили из Эоса, должны были стать противоядием. Но в итоге он лишь ещё больше возжаждал Ясона.

- Пока кольцо пэта въедается в мою плоть, я буду спать с ним. И тебя не спрошу, - выплюнул он Гаю в лицо.

Если тебе дорог Гай, порви с ним, сказал Катце.

Ты разобрался с этим делом? - В глазах Ясона блеснула искра.

Да, я знаю.

Давящее ощущение поднялось от груди до горла. Он уже и сам не знал, что из только что сказанного правда, что вымысел.

- Я пэт. И теперь этого уже не изменить.

- Ты что… серьёзно?

- А ты что, нахер, сомневаешься? - огрызнулся Рики.

- Так я… с самого начала ошибся? - Голос Гая надломился.

Рики почувствовал укор в этих словах и закусил губу.

- Верно. Ты, блядь, ошибся. И всё что ты наделал мне совсем не пошло на пользу!

Гай вдруг вскочил и вцепился в Рики.

- Так я для тебя ничего не значу? - в его голосе мешались печаль и горечь.

Пальцы Гая стиснули его плечи. Рики почувствовал, как поднимается волна жара.

Не говори мне этого.

Не смотри на меня такими глазами.

Слова застряли у Рики в горле. Он оттолкнул его руки.

- Да, верно! Не значишь! И не заставляй повторять дважды! - проорал он.

Острая боль ожгла щёку. Колени у него подогнулись.

Рики не отвёл взгляда.

- Почему? Почему ты выбрал его, а не меня? - в голосе Гая звучало обвинение. Или сожаление? - Ты хоть… понимаешь, сколько тебе лет? Тебе двадцать один. Двадцать, блядь, один! Как ты думаешь, долго ещё он будет держать тебя при себе? Блонди Танагуры может получить любого. Он просто ищет чего-то новенького. Он использует тебя.

Я знаю это.

Знаю.

Даже чистокровного выходца из Академии могут сдать Раулю на опыты. Но откуда ему знать, что будет дальше?

- Не надо мне об этом рассказывать.

- Ты что, собираешься сосать ему член, пока не наскучишь?

Да, пойдёт, проскочила непрошенная мысль. И тут же окатило удивление: Что я… только что… подумал? Сердце пропустило удар.

И в следующий момент на него обрушилась волна гнева Гая.

- Я этого не потерплю. Слышишь меня, Рики? Я сказал, нет!

- А я тебе говорю, что мне похуй. Брось это, Гай. Я всё сказал. И оставь меня, нахер, в покое.

И тогда…

Гай обнял его.

- Звали тебя Ваджрой трущоб или побитой собакой - ты вёл нас вперёд. Ты был всем. Когда мы шли рядом с тобой плечом к плечу, все оборачивались посмотреть. Знаешь, как мы гордились? Ты хоть знаешь? - проговорил Гай тихо. Его тепло. Ритм его сердца. Его искренность. Рики кожей чувствовал всё это. - Ты никогда не отступал. И все мы любим тебя, Рики. Ты хочешь предать всё это ради… нет? Ты действительно этого хочешь?

Нет!

Рики поборол мгновенное желание обнять Гая в ответ и всё отрицать.

Он знал, что если не оттолкнуть Гая сейчас, станет ещё хуже. Сейчас у него был шанс. И не важно, возненавидит его Гай или нет - это единственный путь.

- Я больше не лидер Бизонов. Да и Бизонов-то нет уже, Гай. Нету. Проехали. И я больше не твой любовник. Я - пэт Ясона.

- Нет!

- Это правда. И это мой выбор, Гай.

Шею его обвивала невидимая цепь. Отрицать этого Рики не мог. Цена его нынешней жизни - свобода.

Когда-то Рики поклялся выбраться из трущоб. Он всегда верил, что у него есть шанс. Но оказалось, что даже Катце в плену собственной судьбы. Однако теперь у Рики появился выбор, который необходимо сделать. И он решил этим воспользоваться.

Отослав Гая прочь.

Сделать свой выбор - даже если это означало стать пэтом Ясона. Пусть это не назовёшь иначе, чем предательством Бизонов и всего что Рики пережил прежде, он поступил именно так. Потому что иначе рухнуло бы всё.

Рики попытался силой оттолкнуть Гая, но тот лишь крепче сжал объятья.

- А мне плевать, пусть ты больше никогда не возглавишь Бизонов. И что ты… больше не мой любовник. Только не будь его пэтом! - В его словах полыхал огонь искренности. - Я этого не допущу. Только не он. Я не потерплю, чтоб ты был его рабом. Его игрушкой. - Гай говорил тихо, но голос сочился болью. - Я не позволю тебе возражать. Он первый полез - он держал меня в заложниках. Теперь я хочу поквитаться. И пусть мне до усрачки страшно переть против него, он всё равно мне заплатит.

Таким Рики Гая не знал.

Он стал отчаянно вырываться.

- Я заставлю тебя принять мои условия, Рики. - С этими словами Гай схватил и сжал его член. Сильно. - Ты не можешь уйти от него из-за этого, так? - Пальцы Гая сжали кольцо. - Так сними его.

Что?

Кольцо пэта?

Это может только Ясон. О чём он говорит?

- Если на тебе не будет этого грёбаного кольца, ты станешь свободен. - Гай пробежал по кольцу пальцами, а затем ещё сильнее сжал член Рики. - Значит, снимешь его вместе с этим.

Рики утратил дар речи. Гай не шутил. Это не было сарказмом - он говорил всерьёз.

Их разделяла непреодолимая пропасть. Да, чувства, что они испытывали друг к другу, были искренни, однако проявлялись совершенно по-разному.

Рики почувствовал, что его сердце остановилось.

В горле было сухо. Бесконечная жажда.

Он закрыл глаза.