НА САЙТ ОГЛАВЛЕНИЕ

Ai no Kusabi - Перевод романа

Танагура.

Цифровой мегаполис идеального механизированного порядка, где непримиримое время течёт незаметно. Но в самом небьющемся сердце этого города есть единственное исключение из скрупулёзной точности системы; человеческое существо, обитающее в башне Эоса.

Полтора года отсутствия Рики завершились тем, что он сюда вернулся… а точнее, его взяли и вернули. А за побег назначили наказание: в течение месяца по два часа в день его водил по улицам на поводке фурнитур по имени Кэл – делалось это под предлогом «прогулки».

Зрелище было абсолютно скандальное.

Учитывая, что средний возраст пэтов в Эосе не превышал тринадцати лет, возвращение к местным благам взрослого мужчины было не просто беспрецедентно - немыслимо. Его второе абсолютно бесстыдное явление на дебютной вакханалии и спектакль, который устроил там Ясон, сразили наповал как пэтов, так и представителей элиты.

Возможно, это безнравственно.

Возможно, просто крайне смелый эксперимент.

Или вызов существующей системе.

Абсолютно никто не мог понять, что творится у Ясона в голове.

Во время дебюта Рики на глазах у изумленной публики стал жертвой действия кольца пэта D-типа. Доведенный до грани безумия, он плевал и на окружение, и на то, что делает сам. И с тех пор взгляды пэтов полны были неприкрытой ненависти и зависти.

Теперь, когда открылся истинный облик взаимоотношений Рики и Ясона, всеобщее потрясение было куда больше, чем раньше.

Этот шелудивый пёс.

Почему?

Чем он такой особенный?

Не может быть.

Это непростительно!

Рики было совершенно всё равно, кому он обязан такими мелкими неприятностями. Но где бы он ни появлялся, вслед летели ядовитые взгляды. И куда бы ни взглянул, краем глаза успевал уловить острый отблеск враждебности.

Затаённая злоба на полукровку, преследовавшая его на протяжении первых трёх лет здесь, теперь стала явной, открытой и беспощадной, после возвращения превратившаяся в молчаливую пронизывающую насквозь лютую и жестокую ненависть.

Последние пять дней Рики даже носа не показывал в салоне – но вовсе не поэтому.

 

 

Вечер.

Поужинав, Рики, как обычно устроился у себя в комнате, читая дайджест. Вдруг дверь без предупреждения открылась. Тут можно было и не мечтать уединиться – замок на двери был только снаружи.

Ясон подошел к его кровати неторопливым шагом.

Вообще-то в Эосе положено, чтобы по возвращении хозяина пэты подбегали и выказывали радость; но здесь всё было по-другому. Фурнитур по имени Кэл учтиво поклонился со словами:

- Добро пожаловать домой, хозяин.

Рики даже с дивана не поднялся, чтоб приветствовать пришедшего. Не обращая на это внимания, Ясон сам подошел прямо к нему.

 

Кэл, которого поначалу совершенно шокировало такое немыслимое для Эоса неуважение, со временем стал понимать, что меж его хозяином и пэтом установились особого рода отношения. И осознал, что ничто из того, что он до сего дня считал абсолютной правдой, тут не применимо.

- Ты весь день не выходил из дома.

Он только что вернулся из дипломатической поездки с Айшей на планету Джибрил и говорил тихим размеренным голосом, между делом стягивая перчатки.

Обо всех аспектах жизни Рики ему регулярно докладывал Кэл. Без сомнения, ни один другой хозяин в Эосе не понимал своего пэта так, как Ясон.

Рики захлопнул дайджест и воззрился на Ясона:

- А ты чего ждал? Что я пойду сидеть с этим детским садом в салоне? – Тон вышел дерзким, Рики осёкся.

«Это я зря».

От осознания промаха неприятно заскребло на душе.

- Полукровка, да ещё старше двадцати, тоже мне, нахер, пэт в этом сраном Эосе! Не хочу, чтоб на меня все смотрели как на урода из цирка. Хватит уже. Нахер, хватит.

Каждое слово было напоено злобой. Такова была реальность, и бесполезно было это отрицать.

- Наконец-то наш бедокур чему-то выучился, - заметил Ясон с оттенком иронии. – Впрочем, мне-то что. - Он взял Рики за подбородок, и жест вышел почти ласковым. - Пока ты помнишь, что ты мой пэт.

Взгляд Рики затуманился.

- Ебал я! После того, что ты со мной сделал на той оргии, я вообще ничего не хочу помнить.

Рики поспешил отогнать воспоминания.

На первом дебюте Рики накачали афродизиаком, да так, что большую часть произошедшего он так и не вспомнил. Весь отчаянный разврат, который творил… остальные пэты потом долго ему рассказывали безжалостные подробности.

Рики было всё равно; не может же он нести ответственность за то, что натворил, пока не владел собой.

Но то, что случилось на последнем вечере… он помнил в мельчайших деталях, так что нечего было и отрицать. Словно прочитав его мысли, Ясон добавил:

- Не забывай.

На этих словах другая рука Ясона накрыла его промежность. А Рики уже успел помыться и переодеться ко сну, так что бельё никоим образом не препятствовало прикосновению.

Он попытался совладать с голосом и сесть.

- Пока на тебе кольцо пэта – ты принадлежишь мне. Кто бы что ни говорил, что бы ты ни думал и о ком бы ты ни думал.

Судьба Рики заключена была в этом кольце – неизменный факт. И спасенья нет.

Он вскинул взгляд.

Но прежде чем сумел сказать ещё хоть слово, Ясон запечатал ему рот поцелуем.

Рики был совершенно ошарашен – то был не такой поцелуй, которым Ясон обычно касался его губ, но поцелуй, полный ласки.

Что?

Поцелуй стал глубже. Более настойчивым, чувственным… и нежным.

Да что же это?

Он не знал ответа; пальцы у него задрожали. Не зная, что делать, Рики сжал простыню в кулак.