НА САЙТ ОГЛАВЛЕНИЕ

Ai no Kusabi - Перевод романа

Офис Ясона, декорированный в спокойных, совершенно обычных тонах, напрочь лишен был излишней вычурности.

Хозяин сидел, расслабившись в директорском кресле, и смотрел на экран компьютера, где столбцом бежала информация по рынку. Тут он заметил краем глаза, как телефон замигал синим – личный входящий вызов.

Уголки губ его слегка смягчились. Звонил Рики – со специального телефона со встроенным GPS, который он сам ему дал.

Ясон нажал на кнопку видеозвонка, но Рики был в режиме «только голос».

- Да?

- Я…

- Я так понимаю, ты уладил все свои дела?

- А…

Они перебивали друг друга; ни один даже не подумал представиться.

- Понимаю.

На экране возникла карта Мидаса, а на ней – курсором отметилось место нахождения Рики.

- Я пришлю за тобой машину. Никуда не уходи. – Говоря это, он уже стучал по клавиатуре, давая указания.

- Какой номер машины?

- Т-085.

Не надо лишних слов. Связь оборвалась.

Катце, например, всегда отличал, где уникум, а где овца из стада – за счёт этого и обставлял конкурентов. Но, вероятно, за те пять лет, что он служил фурнитуром, страх пред Ясоном въелся так глубоко, что абсолютное подчинение осталось в нём неколебимым до сих пор.

Но полукровка, искренне полагающий, что он не должен пресмыкаться, который говорит, что думает – пусть даже это стоило ему чего-то большего, чем простое упрямство – вот истинная жемчужина. Для Ясона то, что он добился-таки от него подобного поведения, было чем-то сродни чуду.

- Ну, - протянул Ясон себе под нос, - пусть это было не просто, но мы справились.

Из одного из ящиков стола он вытащил тонкую вычурную цепочку из платинового сплава, цеплявшуюся к кожаному ошейнику. На металле было выгравировано Z-107M. Он заказал её для Рики четыре с половиной года назад.

Пока пэт в Эосе не получает официальный пэт-ринг (обычно это происходит на дебютной вечеринке), он никуда не может ходить без ошейника. Охранные терминалы распознавали пэт-ринг как идентификационные карты. Пэт без кольца не признавался жителем Эоса, а потому не мог и шагу ступить из своей комнаты.

В то время как пэта на поводке безошибочно сочтут новеньким, и ему простятся все нелепости и ошибки. Это был необходимый элемент, позволяющий новым пэтам чуть вздохнуть и привыкнуть к новому окружению.

В Эосе привыкли к тому, что нового пэта водили на поводке недели две. Но полгода – как случилось с безмозглым бессовестным Рики – это уже просто позор.

- Мусор самого худшего сорта, грубый, грязный, невоспитанный…

Но так ли это? Ясон вспомнил свои мысли того времени, и губ его коснулась лёгкая улыбка. Безудержный нрав Рики – наглядное доказательство отсутствия искусственного импринтинга. Его называют грязным, чтобы был повод побыстрее убраться с дороги. Его зовут худшим из худших, признавая тем самым свою зависть и страх.

Прирученный полукровка превратился в величайший скандал в высших кругах общества Эоса с момента его основания. А для Ясона это было преступление против собственного достоинства.

- Ясон, то, что ты притащил в Эос эту помойную крысу – пятно на твоей репутации, - констатировал Рауль, и в голосе слышалась горечь.

В сущности, жизнь с Рики превратилась в постоянную череду кризисов. А жители Эоса, привыкшие, что вокруг ничего интересного не происходит, с восторгом следили за скандальными новостями изо дня в день.

Полукровка в мире, где пэты ценятся по большей части за родословную, бесстыдство и безоговорочное подчинение, был как волк среди отары овец.

С тех пор прошло четыре с половиной года. Ясон встретил Рики чуть раньше, чем забрал к себе; но подержав какое-то время в удушливом разврате Эоса, выпустил на волю на восемнадцать месяцев. Возвращение на старое место воскресило его неукротимый дух.

Помимо того, неожиданно оказалось, что длительное воздержание заставило тело Рики вожделеть ласк, эхом отражая жажду Ясона после долгой разлуки. И пусть за время, проведенное в трущобах, в глазах Рики запылал прежний огонь. Но отрава бытия пэтом проникла в каждую клеточку его тела.

Да, должно быть, именно так.

- И какие же бури предстоят нам на сей раз? – спросил сам себя Ясон, поигрывая поводком. – Вот уж повеселимся.

Регистрацию Рики никто не отменял, кольцо пэта снова было на нём. И даже при этом Ясон хотел, чтоб обратный путь в Эос был для него как можно легче. Пэты Эосского разведения проходили через главные ворота только когда уничтожали запись об их регистрации, а их самих отправляли на свалку. Рики был единственным исключением из этого правила.

Он был полукровкой и существовал вне Закона о Пэтах. И пусть не было закона, запрещающего Ясону его вернуть в Эос, но во избежание ненужных бед необходимо было подготовить должным образом почву.

Вот для того-то и нужен поводок. Без сомнения, Рики просто передёрнет от необходимости снова надеть ошейник. Представляя себе это во всех подробностях, Ясон неторопливо поднялся и вышел из комнаты, чтобы встретить Рики.

 

 

Мидас. Зона 3 (Мистраль Парк). Генуя.

Рики выключил телефон. Он смотрел на огромный конференс-центр с сопутствующими строениями вдалеке.

Генуя в Мистраль Парке – самое близкое к трущобам место, которое можно найти на официальных картах. Было три пополудни, но при этом почти никого на улицах – в туристических путеводителях граничащие с трущобами районы отмечали как «красную зону», так что даже рейсовые шаттлы, курсировавшие по всем Зонам, в Генуе не останавливались.

В лучшем случае пара-тройка искателей приключений может добраться сюда на такси, чтоб поглазеть на границу. Так что место было идеальное, чтоб без лишних вопросов укатить с Ясоном. В любом случае, телефон, который тот ему дал, в Кересе не ловит сеть. И дело вовсе не в отсутствии вышек-ретрансляторов. Сотовые сигналы из Мидаса в Керес намеренно глушились.

А вот на земле граница между Мидасом и Кересом была совершенно не видна – ни устрашающих ворот, ни блокпостов, чтоб обитатели трущоб знали своё место. И всё равно Керес был совершенно отрезан от остального мира.

Как остров в море большого города. И если островитянам хочется узнать, что происходит во внешнем мире – пусть сами пойдут и посмотрят. Вот почему торговцы информацией были в трущобах так важны. И фиксированной цены на их услуги не было, и быть не могло. Потому что обстоятельства бывают разные.

До Генуи Рики добрался на аэробайке. Функции автовозврата у байка не было, а значит, когда придёт капсула-машина от Ясона, его придётся бросить. Впрочем, недолго ему тут стоять в одиночестве. Старый прокачанный аэробайк – штука ценная, как символ статуса. Или на запчасти продадут, пока ржаветь не начал.

Размышляя о судьбе мотоцикла, Рики закурил – хоть скуку убить да руки чем-нибудь занять. Или просто назло, потому что так уж возвращаться не хотелось. На шее его уже был ошейник, и Ясон держал в руках невидимый поводок. Он, собственно, и не выпускал его все четыре с половиной года.

«Как же я в это встрял? Как всё это случилось?»

Рики знал, что без толку об этом размышлять. Как бы он ни пытал сам себя, а ответа на эти вопросы так ни разу и не добился. Так что ему только и оставалось, что взглянуть в лицо тому будущему, что уготовила ему судьба.

К тому моменту как он докурил, пустая машина с номером Т-085 уже припарковалась рядом. Он забросил рюкзак на плечо и забрался внутрь. Стоило двери закрыться, как он откинулся на спинку и прикрыл глаза – пункт назначения задавать не имело смысла.

Десять минут спустя машина тихо остановилась. Маршрут был заранее оплачен, так что двери открылись сразу же. Рики совершенно не интересовало, где он очутился. Очередная пересадка на обратном пути в тюрьму. Так что надо было просто стоять и ждать, пока последуют новые инструкции.

Раздался звонок телефона; Ясон рассчитал время с точностью до минуты.

- Приехал?

- Угу.

- Приходи в комнату три на верхнем этаже Центральной Дворцовой Башни.

Не «иди», а «приходи». Наверняка Ясон там его уже ждёт. Что, Блонди аж сюда притащился лично, чтоб подобрать своего пэта?

Рики это показалось забавным. У него было чёткое ощущение, что Ясон ведёт себя для Блонди очень странно. Он попытался было подставить собственные ценности и здравый смысл в стандарты Ясона и осознал, что пропасть между одним и другим его раздражает. Однако понимать и принимать – вещи разные.

- А охрана в холле?

Рики понятия не имел, с чего Ясон выбрал именно Центральную Дворцовую Башню, но в любом таком здании непременно окажется охрана.

Пропуск, выдаваемый Мидасской иммиграционной службой, открывал обладателю все двери сообразно коду доступа. А того, кто попадётся без пропуска в запрещенной зоне или даже при попытке туда проникнуть, арестуют без разговоров.

- Не проблема. Скажешь номер своего кольца.

- А код комнаты?

- Замок запрограммирован на распознавание сетчатки. Левый глаз.

Не тратя больше времени на болтовню, Рики глянул на дисплей телефона, уточняя расположение означенного строения, и без колебаний направился туда.

Телефон был самый обычный, компактный тиражный «смарт» - модель, которой чаще всего пользуются туристы, не желая разоряться без надобности. Голосовая навигация присутствовала в числе прочих функций, но полукровке, привыкшему рассекать на аэробайке, всё это было ни к чему. Чтоб оказаться там, где надо, ему хватало обычной карты. В трущобах тому, кто плохо ориентируется, в первой же драке надерут задницу. Простые навыки выживания.

Охрана Танагуры была классом на порядок выше, чем в Мидасе. За периметр мог попасть только тот, чей персональный код доступа это позволял. Рики, конечно, и не думал, что машина довезёт его до самых ворот Эоса, но всё равно для входа в пентхаус на верхнем этаже кроме обыкновенной стандартной идентификации личности потребуется подробный биометрический код.

Рики ни разу не пришло в голову, что там может ждать его кто-то ещё – кроме Ясона. Так что «он удивился» - это слабо сказано. В комнате обнаружилась целая компания, судя по серийным номерам, только что выкупленная с Пэт Аукциона. Быстренько скользнув взглядом по головам, Рики насчитал штук десять.

Какого хера происходит?

Рики, сам того не желая, растерянно уставился на них. Он почти поверил, что зашел не туда – только этого быть не могло. Легче предположить, что кто-то в угоду плохому вкусу решил сыграть с ним дурную шутку.

Тут один из ребят отделился от группы и шустро двинулся к нему.

- Эй, ты. Я хочу пить, – заявил он высокомерно. – Принеси мне что-нибудь.

Глаза у пацана были бледно-голубые, волосы светлые. Судя по тому, что голос ещё не сломался, лет ему было немного. И пусть он был ещё очень молод, но с типичной наглостью явно проявлял все характерные признаки, присущие пэтам.

Бесстыдство и глупость. Генетический урод, главная благодетель которого – неспособность сделать самостоятельно хоть что-то кроме того, что заложено программой. На чёрной бирке, прицепленной к ошейнику, значилось «Элифас» - так звали черноволосого Танагурского администратора, которому он предназначался. А на обороте наверняка серийный номер.

«Кличка» пэта оглашалась обычно на дебютной вечеринке. До того к нему обращались по номеру, данному компанией-заводчиком. Фурнитуры говорили, что Рики – единственный пэт в Эосе, которого всегда звали только по имени.

Что выходит за рамки обычного, мягко говоря. Тогда Рики решил, что Дэрил придирается к нему из-за того, что он полукровка. Но когда узнал от Катце, что всех фурнитуров в Эос поставляет Попечительский Центр, понял, что поведение Дэрила объясняется обычным комплексом неполноценности.

Пэты, выставленные на аукцион, как правило, демонстрировались в крайне открытых одеждах – и самцы, и самки. Воздушные, совершенно прозрачные лоскутки ткани прикрывали только самое сокровенное. Для них того факта, что Рики одет в куртку, достаточно длинную, чтоб прикрыть задницу, оказалось достаточно, чтоб определить его как взрослого – а значит, слугу у них на побегушках.

Напитки и закуски, которые прежде были на столе, они уже слопали, стаканы валялись разбросанными везде кругом.

Что же делать…

Рики уставился в круглый глаз объектива камеры, встроенной в потолок в самом центре. Как ни крути, а кто-то ещё за этой комнатой наблюдает.

Что же делать?

Какова скрытая причина того, что его сюда послали? И вообще, кого тут проверяют? Или он это всё придумал?

Рики колебался. Он полагал, что просто вернётся в Эос. Но какого же чёрта задумал Ясон? Он совершенно его не понимал. «Что ему от меня надо? Посмотреть, как я справлюсь с ситуацией, в которой оказался совершенно неожиданно? Господи, только не говорите, что он решил свести со мной счёты с помощью этой детворы!»

При этой невероятной мысли Рики не смог сдержать нахальной улыбки. Вот уж это был бы адский розыгрыш.

Каким будет Эос, который ждал его теперь? Спроси его, какие тут проблемы, Рики в любой момент мог рассказать всё, что знал. Он постарался, чтоб эта мысль читалась во взгляде, и ещё раз сконцентрировался на камере.

Ноль реакции. Может, это просто орнамент.

Тут пэт Элифаса пнул его в голень.

- Эй, ты что, не слышал? – он зло прищурился и уставился на Рики.

Серьёзного ущерба эти маленькие тоненькие ножки нанести, конечно, не могли. Око за око, зуб за зуб – до последнего сухожилия и кости. Железный закон, укоренившийся в сердце каждого полукровки – получи по заслугам. Этот мелкий говнозадый придурок

Рики повернулся к мальчишке и встретился с ним взглядом. Тот заметно струхнул, отвернулся, отступил на полшага. «Неудачник», - про себя поцокал языком Рики. Отступил, даже пальцем не пошевелив. И не его работа учить недоумка хорошим манерам или тому, чего он знать не хочет. Однако Рики был не в настроении нарываться на серьёзные неприятности по дороге обратно.

Он снял куртку, повесил на спинку свободного стула. Подошел к круглому бару в центре комнаты, выбрал кнопку на автомате и, наполнив стакан соком, поставил на стол. К нему тут же подтянулись и пэт Элифаса, и остальные.

- Я тоже хочу.

- А мне ромашковый.

- Мне лучше вишнёвый.

- Просто минеральной воды.

Голоса пэтов становились всё выше, они столпились, каждый пытался пробиться первым в очередь. Рики на миг остолбенел от изумления настолько, что не сообразил, что ответить. В конце концов он просто повернулся к ним и рявкнул: «А ну заткнулись, мать вашу!»

Ребята ошеломленно замолкли. Вероятно, на них в жизни никто никогда не кричал. Он смерил их долгим пристальным взглядом, потом облизнул губы и сказал:

- Встаём по порядку, один за другим. Все, кто хочет пить, в очередь! - Кивком подбородка он показал, где им построиться. Нет, нянчиться с детьми – определенно не его призвание в жизни. И прекрасно об этом зная, он всё же делал именно то, что делал.

 

 

В это время в комнате наблюдений Орфей Зави - Блонди, заведующий всем в Эосе, откинулся на спинку дивана и элегантно улыбнулся.

- Какое же занятное создание твой пэт, - заметил он. – Не могу сказать, хорошо это или плохо, но ты абсолютно не оправдал наших ожиданий.

Он пропустил прядь своих роскошных золотистых волос сквозь пальцы. Жест одновременно и эстетичный, и вполне ожидаемый для такого красавца.

Ясон же и внешностью, и самой своей сутью производил впечатление клинка из льдистой стали. Его называли «холодный аристократ». В то время как блистательного Орфея прозвали «элегантный аристократ».

- Потому что этот полукровка из трущоб выше их всех, - просто отозвался Ясон. Внимание его обратилось на экран, где Рики молча обслуживал безымянных пэтов, пока различавшихся лишь по серийным номерам.

Он не ожидал, что Рики так покорно встанет за стойку и начнёт играть роль прислуги. Впрочем, он мог и догадаться, что за ним наблюдают, и нарочно поступить не так, как обычно.

Ясон не смог скрыть ироничной улыбки. Что касается взросления, так время просто творит чудеса. Спустить Рики с поводка и позволить ему передохнуть в трущобах – оно того стоило. По крайней мере, для Ясона.

- Другими словами, он правит балом? – обычный вопрос, который задал Орфей, блеснул острым краем.

- Я лишь хочу избежать ненужных осложнений, - сказал Ясон, уходя от темы чуть в сторону.

- Использовав все возможные лазейки в Законе о Пэтах, отпустив своего пэта на волю в трущобы, ты ещё будешь утверждать, что преследовал какие-то иные цели? Благодаря тебе то, что казалось нам совершенным, теперь представляется сплошным браком.

Орфей говорил мягко, но в голосе отчётливо сквозило что-то отнюдь не дружелюбное. Кроме того что по швам трещал Закон о Пэтах, был ещё «инцидент Дэрила», в результате чего Рики удрал, наглядно продемонстрировав им дырки в охранной системе Эоса.

А это уже было чёрное пятно на репутации Орфея. Однако Ясон сдержался и не стал указывать на очевидное.

- Я так понимаю, что с тем, чтобы вернуть его в Эос, проблем не возникнет? – уточнил он.

Он должен был быть уверен. Административное влияние, которым пользуется в Эосе Орфей, нельзя игнорировать. Если сейчас он скажет «нет», Ясону придётся притормозить процесс и выбрать иную тактику.

- Если я скажу «нет», ты всё равно найдёшь другой путь. И кроме того… - Орфей помедлил, и уголки его губ слегка приподнялись, - должен признать, что мне крайне интересно, что же ещё выкинет твой пэт.

У Ясона возникло ощущение, что на самом деле Орфей вовсе не рад. Пусти этого волка в отару покорных овец, и он вполне может перевернуть всё с ног на голову.

Рики пробыл пэтом в Эосе три года. И – словно возникла химическая реакция – его присутствие создавало кругом нестандартные ситуации и вызывало странные перемены в эмоциональных откликах пэтов. Намного сильнее, чем Ясон мог предположить.

В то же самое время потревоженное равновесие пошатнуло устоявшееся самодовольство правящей элиты, привыкшей к своему статусу кво. В каком-то смысле Рики послужил катализатором, давшим толчок совершенно новой метаморфозе.

Закоснелое обыденное мышление никогда не приведёт к новым открытиям. А без шока новизны ослабевают синоптические связи даже в особом мозгу. Сейчас представители элиты только начинали осознавать, в какой мере их «здравый смысл» канул в болото рутины и обыкновенных ожиданий. Ведь дело вовсе не только в механическом заучивании новых сведений, но и в эмоциональной составляющей.

Держа презренных полукровок на расстоянии, потомки Мидаса освобождались от лишних ограничений и впечатлений. Те, кого определяли в «полукровки», сами по себе были в каком-то смысле особенными. Впрочем, возможно это Рики оказался редким самородком.

Ясон не думал, что другие Блонди задавались когда-либо тем же вопросом, который он когда-то задал себе. У них не было в том нужды. Разные подходы требовали различных ответов, и его это устраивало.

Даже сама возможность думать об этом вполне стоила тех разногласий, которые неизбежно поднимутся. Как бы ни расценивал это объективный Орфей, а интерес и любопытство, которое вызывал к себе Рики, совершенно не обязательно были неуместны.

- Ты же не думаешь, что он специально напрашивается на неприятности? – спросил Ясон. Пусть он пристрастен, но не надумывает же. Все летящие в него искры Рики пускал побоку с такой ловкостью, словно то было его исконное право.

Если взглянуть с его – Рики – точки зрения, титул «бедокура» был вовсе незаслужен. Будучи полукровкой, он полагал естественным каждому воздать, что заслужили.

Он не придерживал язык, не волновался о том, кому наступит на ногу. И нет смысла дискутировать о том, что безмозглые пэты не в состоянии выучить урок, который преподаёт им Рики своим упрямым и неколебимым чувством возмездия. Для него это была острая физическая необходимость. Проблемы могли возникнуть только если такое поведение приведёт к реальному ущербу.

- Поверить не могу, что ты об этом спрашиваешь. И это после того, как ты привёл в Эос полукровку, само существование которого противоречит здравому смыслу. Мне кажется или тут слегка попахивает злоупотреблением служебным положением? – Орфей говорил совершенно беспечно, как и раньше.

- Может, мне просто надоели красивые игрушки, которые разве что на полку и поставишь.

- Что, лучше будешь возиться с полукровкой?

- А на ваш вкус он шустроват?

- Самую малость. – Орфей до сих пор не пытался шутить, что, вероятно, показывало его истинное отношение к ситуации. – Но в любом случае, пока твой пэт держит свою дикую природу в узде и не унижает всех кругом, я полагаю, мы можем спокойно заниматься своими делами.

- Возвращаясь к вопросу – когда ты полагаешь, я могу снова взять его под опеку?

- Только после соответствующего медосмотра. Не надо нам в Эосе никакой трущобной заразы.

По сравнению с грубым потомством, взращенным в чашке Петри трущоб, стерильные условия, в которых развивались гаметы пэтов, порождали куда более хрупкий продукт. На аукционах подобная хрупкость пробуждала по отношению к пэтам желание лелеять и защитить – что в свою очередь поднимало цену.

Красивые и очаровательные. Безупречные куклы для секса, даже без имён; и забот у них не было, пока длилось покровительство хозяина. А чему их учить и для чего – это уж на усмотрение покупателя.

Два главных слова на Пэт Аукционах были «чистота» и «статус». Пэт-человек - это не просто раб, а символ того, что могут дать лишь богатство и влияние. Само собой, будучи всего лишь секс-куклами, они не имели никаких прав и частенько надоедали. Эта правда жизни оставалась неизменной – особенно в Эосе. А потом их продавали в Мидас. Потому что такова судьба всех пэтов.

- И ещё ему понадобится поводок. В наказание за восемнадцать месяцев отсутствия – пусть ходит на поводке по меньшей мере месяц, - заявил Орфей.

- Вроде испытательного срока?

- Не то чтобы. Просто если после такой милой прогулочки всего лишь запереть его в комнате – вряд ли это будет достаточным наказанием.

- Хочешь сделать из него наглядный пример для других?

- Именно. Выводи его на прогулку один раз в день, и пусть ходит «рядом».

То есть целый месяц Рики придётся заново переживать все прелести обычной начальной дрессировки. Орфей это назвал «наказанием», но какой бы тонкий расчет за тем ни стоял, Ясон невольно почувствовал лёгкий укол мстительности.

- Я понял.

- Пэтский регламент тоже будет изменён и переработан. А значит, ему предстоит новый выход в свет. В должном костюме, разумеется.

Собственно говоря, особый костюм на дебютную вечеринку был приурочен к демонстрации пэт-ринга. Обычно это было украшение – серёжка или браслет – их дизайн тоже был предметом конкуренции и способом привлечь внимание посетителей.

В прошлый раз на дебюте Рики, в отличие от остальных, кольца не получил. Ему вместо стандартной побрякушки досталось изготовленное по спецзаказу устройство, одновременно служившее средством воспитания. Так что изготовление заказа заняло некоторое время.

В результате это оказалось кольцо D-типа, которое надевалось на член. Даже Орфей поразился тому, насколько идёт вразрез с общепринятыми правилами то, что пэт не будет носить кольцо на виду. Пусть оно и служит целям практической дрессировки, но ведь увидеть его можно лишь на секс-вечеринках или вязках.

Сколько хозяев вдохновились открывшимися возможностями, столько их пэтов пришли в ужас от вероятности, что придётся совокупляться с полукровкой из трущоб. На Ясона посыпался ворох приглашений. Но Рики ни на одну секс-вечеринку он так и не послал. Оставил себе и трахал его сам. А это была ещё большая сенсация, и ещё более грандиозный скандал.

- В должном костюме? – переспросил Ясон.

- Да. И я надеюсь увидеть что-то помоднее, чем фабричная модель, что была на нём в прошлый раз.

Фабричная модель. Короче говоря, не нарывайся и играй свою роль.

Даже тут, подчеркивая костюм, Орфей ясно дал понять свою позицию. Ни один пэт не задерживался в Эосе до двадцати лет. И то, что пэт ушел, а потом вернулся – очередное нарушение правил. Ясон должен быть готов сделать из него показательный пример.

- Я понял, - повторил он уверенно. Затем неспешно поднялся. – Я прослежу, чтобы всё прошло как надо.